Услышав слово «хаос», мы вздрагиваем и хотим немедленно бежать из такого места. На самом деле мы боимся изменения своей зоны комфорта. Единственный способ чувствовать себя в безопасности — оставаться в зоне комфорта и добиться того, чтобы на неё не падала даже тень хаоса. Предсказуемая жизнь позволяет нам выходить из дома без страха. Знать прогноз погоды, не попасть под дождь, иметь при себе сменную одежду в зависимости от того, куда мы идём, — такой образ мыслей позволяет нам уверенно строить свою жизнь и своё будущее. Как говорит Аристотель в начале своей «Метафизики»: «Все люди от природы стремятся к знанию.» Ведь человек хочет не только жить, быть живым, — он хочет также знать и постигать причину и ценность своей жизни, как того требует само его сотворение…
О философии чаще всего говорят как о совокупности вопросов, на которые нет ответа. Сегодня на вопросы теории познания отвечают благодаря науке. Определяя аналитические суждения, Кант использует и понятие мышления. В положительном смысле понятие мышления служит примером аналитических суждений, в отрицательном же — указывает на суждения синтетические. Ибо в синтетических суждениях предикат, присоединяемый к суждению, никоим образом не мыслился в понятии субъекта. Иными словами, предикат никак не может быть получен путём расчленения субъекта. Кант выражает это так: «Посредством аналитических суждений наше знание никоим образом не расширяется; напротив, понятие, которым я уже обладаю, расчленяется и делается понятным для меня самого.»
Знания, которые мы получаем, не прибегая к наблюдению, также предстают перед нами как математическое или физическое следствие наблюдений, сделанных ранее. Лучший тому пример — одно из открытий XIX века, открытие Нептуна Леверье и Галле. Леверье и Галле предположили, что на орбиту Урана влияет притяжение другой планеты. Они математически вычислили положение этой планеты и наблюдали её в Германии с помощью телескопа Фраунгофера. И их наблюдения совпали с их предсказаниями. Это знание примерно 150-летней давности подготовило почву для формирования идеи детерминизма Пьера-Симона Лапласа.
Известно, что в западном мире XIX века детерминизм, дававший возможность вмешиваться во всякое событие, происходящее в природе и в обществе, находился на вершине. Так, в этот период, когда из-за влияния детерминистской парадигмы было совсем нелегко провести различие между естественными и общественными науками, детерминизм не только определял развитие науки. И этот простой, однообразный, механический образ вселенной распространился одновременно и на многие другие области. Он побудил составителей американской Конституции создать машину управления, которая обеспечила бы контроль над правительством, работающим в полной гармонии, подобно колёсикам часов.
Чтобы исправить политическое положение Европы, нарушенное наполеоновскими войнами, а также обозначить и определить положение, которое Европа займёт в будущем, все европейские государства провели в Вене большой конгресс. Конгрессом руководили четыре великие державы, а именно Англия, Россия, Австрия и Пруссия. Председательствовал на конгрессе премьер-министр Австрии князь Меттерних. На конгрессе, где велись переговоры о проблемах, возникших в Европе после Французской революции, эпоха, последовавшая за Французской революцией, была охарактеризована как «эпоха национализма». Премьер-министр многонациональной Австрийской империи Франц фон Меттерних стремился создать условия для совместных действий консервативных сильных держав Европы ради решения проблем, которые могло породить течение национализма, казавшееся ему опасным. Меттерниха, сумевшего добиться принятия почти всего, что он говорил, называли проводником заново устроенной Европы. Более того, называя Меттерниха «человеком, держащим в руках поводья Европы», его на какое-то время превозносили до небес. Этот международный конгресс, работавший в форме комиссий, интересен и важен как первый пример такого рода.
Отправляясь на Венский конгресс, чтобы установить в Европе баланс сил, Меттерних вёз в своём багаже экземпляр трудов и статей Пьера-Симона ЛАПЛАСА.
Теория хаоса, впервые сформулированная Джеймсом Йорком и ТЯНЬ-ЯНЬ ЛИ в 1975 году, напоминает нам об одной важной вещи. Мир не вращается по предсказуемой модели. Нравится нам это или нет, хаос — часть нашей жизни. Существуют небольшие области, где происходят изменения, и предсказать последствия некоторых событий невозможно. Когда говорится: «Мы нисколько не стесняемся утверждать, что должны быть готовы изменить любой план в любое время, но когда дело доходит до применения этой мысли на практике, мы убегаем», — теория хаоса говорит нам, что исход события зависит от разных переменных. Мы не всегда можем предсказать, как переменные влияют на результат. Всегда есть погрешность, место для изменения, ошибка, которая в последний момент меняет всё. Иногда небольшое изменение производит большой эффект, и весь план превращается в хаос.
В 1961 году Эдвард Лоренц пытался создать компьютер, способный предсказывать погоду. В ходе этого процесса он заметил, что вся система начала вести себя непредсказуемо. Это произошло из-за ошибки округления чисел. Позднее этот опыт помог дать определение эффекту бабочки. «Если в Китае бабочка взмахнёт крыльями, в Америке всё сдвинется с места.»
Запад всецело принял и усвоил эту теорию хаоса как единственный метод, применяемый им к устройству политической и общественной жизни, и больше никогда не захотел выпускать её из рук. Благодаря этой теории он выстроил на ней всю социальную жизнь, чтобы создавать порядок из хаоса. В социологии же он использовал возможности этого хаоса как силу, определяющую общественные события.
При моделировании системы, поведение которой выглядит неопределённым и непредсказуемым, принимается один из двух основных философских подходов: либо предполагается, что неопределённость есть внутреннее свойство системы, что в самой системе присутствует элемент случайности, не подчиняющийся принципу причинности; либо признаётся, что система на самом деле полностью детерминирована, то есть ведёт себя на основе определённых причинно-следственных связей, но существует свойственная нам неопределённость, проистекающая из недостатка наших знаний. Естественно, что мы не можем в точности предвидеть, что будет делать в дальнейшем система, содержащая случайность. Самое большее, мы производим вероятностные расчёты и можем полагать, что в повторяющихся событиях сумеем верно оценить средние значения и подобные им статистические показатели. Между тем, когда речь идёт о системе, моделируемой как детерминированная, ожидается, что по мере развития науки и техники мы будем восполнять пробелы в наших знаниях о системе и, лучше моделируя её и производя более точные измерения, всё лучше предугадывать, как она себя поведёт. То есть в соответствии с ДВИЖЕНИЕМ ЗНАНИЯ, которое существует, до которого мы можем дотянуться, которое можем наблюдать… Если взглянуть кратко, исходя из традиционного, устоявшегося допущения: детерминированные системы по своей сути предсказуемы, наблюдатель, обладающий достаточными знаниями, может предугадать, что сделает система.
Теория хаоса, популярность которой начала расти в 1970-е годы, опрокинула заученные представления и, находя для себя почву в особых условиях, ясно изложила взгляд, согласно которому долгосрочное предвидение в детерминированных системах никогда не может быть возможным. Исследования «детерминированного хаоса» сосредоточились в особенности на «устойчивых хаотических режимах». Под этим подразумевается форма движения, которую детерминированная система поддерживает, никогда не повторяясь, которая выглядит случайной, но остаётся в определённых границах и некоторые статистические свойства которой остаются постоянными. По сути, это своего рода сложное и динамическое состояние равновесия.
Неопределённость — понятие, которое в повседневной речи обычно воспринимается и передаётся как отрицательное. Одна из самых главных причин тревожного стремления человека избавиться от неопределённости состоит в том, что он по своей природе хочет знать и что он вынужден действовать. В различных ситуациях, которые ставит перед нами жизнь, мы хотим, чтобы имеющиеся у нас знания и модели были определёнными, чтобы мы могли выбрать самое правильное для нас действие. Когда неясно, к какому результату приведёт наше действие, мы сталкиваемся с беспокойством, которое вызывает нерешительность, и с чувством утраты зоны комфорта.
В некоторые периоды, когда общественная динамика возрастает, в действие вступают определённые регулирующие механизмы. Вместе с вновь уменьшающейся сложностью хаос в смысле «устойчивого хаотического режима» может подавать надежду живым системам. И для живых организмов, и для обществ «устойчивый хаос», благоприятствующий тому, чтобы, пробуя различные альтернативы, приспосабливаться к условиям, учиться, развиваться, находить решения и обновляться, даёт в итоге спокойный и здоровый режим — при условии, что он в меру, соразмерен и уравновешен. Если же представить обратное, то полностью предсказуемая форма существования с повторением жёстких шаблонов поведения может создать жизнь, лишённую адаптации, которой требует живое, а потому неустойчивую и даже невыносимую. То есть жизнь может свестись к мировому порядку, далёкому от мысли и науки.
Если в качестве краткого напоминания оглянуться и на то, что предшествовало этим дням, которые мы в последнее время переживаем как период пандемии 2020 года: нескончаемые войны и насилие на Балканах, на Ближнем Востоке, исчезающие в мире природные ресурсы, глобальное потепление, энергетические войны и ещё многое подобное… Наша жизнь, в которой мы постоянно оказываемся придавленными смещением равновесий, а потом снова пытаемся сделать небольшой вдох… И выборы в США, которых мы ждём уже несколько месяцев! Мы пока не знаем, во сколько раз они умножили неопределённость пандемии. «Пандемическая предвыборная неопределённость четверга в Золотой Короне». Самое время задуматься о связи с теорией хаоса этих последних событий, которые все в мире наперегонки стараются предугадать. Пребывает ли мир в случайном хаосе, или же этот хаос развивается в зависимости от причинности? Вот наши знаменитые вопросы, о которых мы стараемся напоминать каждую минуту: «Что с нами случилось?» и «Что ещё с нами случится?» Эта наша проблема, думаю, именно здесь обретает ещё больший смысл.
Ключевые слова: Теория Хаос Наполеон
Перевод с турецкого оригинала.