ЧТО ПРОИСХОДИТ В МИРЕ СФЕРЫ?
«Глобализация» — одно из самых характерных определений сегодняшнего мира!
В 2002 году преподаватель кафедры турецкого языка и литературы Гирне-Американского университета проф. д-р Тунджер Гюленсой поделился своими исследованиями о том, что мы владеем лишь 5 тысячными турецкого языка — языка весьма богатого по словарному запасу и грамматике. Мы узнали, что, хотя в турецком языке 78 тысяч основных слов, было установлено: большая часть населения употребляет в повседневной жизни в среднем около 400 слов. Против 78 000 основных слов — 400 слов! Этот результат обращает внимание на то, сколько мы читаем и думаем, на то, как развивается наш образ жизни на основе анализа.
Проф. д-р Гюленсой продолжал так:
”В проведённых нами исследованиях мы стали свидетелями того, что люди, особенно в сельской местности, употребляют за день всего 40–50 слов. Очень большая часть населения по-настоящему не знает турецкого языка, в котором одних только основных слов 78 тысяч и который отличается тем, что является одним из богатейших языков мира. Потому что эта огромная масса довольствуется в среднем примерно 400 словами. Остальные же слова, поскольку почти никогда не употребляются, словно отмирают. Поэтому люди, у которых ослабевает сила выражения, часто употребляют в речи такие звуки-заполнители, как (şey), (yani), (ııı), хотя это совсем не изящно.”
В таком случае напомним отсюда уважаемому проф. д-ру Гюленсою радостную весть, которую он, мы уверены, знает. Щедрость Двадцать Двадцатого — то, что прибавилось к 50 словам, выявленным в сельской местности, и к 400 словам, которыми пользуется огромная масса. Теперь в одной фразе, которую в течение дня произносят люди всех слоёв, мы можем услышать: глобальный, глобализация, глобалисты, глобальная банда и тому подобное. А ещё — пандемия, маска, социальная дистанция, новая нормальность, карантин, çevrimiçi, онлайн, дистанционное обучение, в своём кругу, хоум-офис, оставайся дома, работай из дома, учись из дома, парадигма сменилась и сменяется, сдвинулась и сдвигается…
За исключением слова «глобализация», мы можем найти точные соответствия значениям остальных слов. Но сможете ли вы найти самое простое объяснение значения глобального мира — единственного бренда нашей маски — и соответствия того корня слова, который он на себе несёт?
Что вы скажете на то, чтобы узнать о выражении “глобальный”, которое пускает корни по мере того, как вертится у нас на языке, и стало словом красной строки во всех сферах общественной жизни, из мира сферы? Две книги, рассказывающие о мире сферы: «Плоский мир. Краткая история XXI века» и «Флатландия».
Господи помилуй! «Мир ведь был круглым. Плоский он или круглый — теперь что, всё сначала…?» Успокойтесь. По форме мир по-прежнему круглый, но вот его образ жизни, мир нашего разума под заголовком глобализации оказался совершенно плоским!
«Флатландия» Эдвина Э. Эбботта, со дня публикации и по сей день ничуть не утратившая актуальности, — это произведение, которое можно даже назвать самым сильным ориентиром в работе над разбором нашего вопроса «Что с нами происходит?».
Можно сказать, что культовое произведение знаменитого английского писателя Эдвина Эбботта под названием «Флатландия» (Flatland) полезно прочитать именно для наших дней — и задуматься. Сам он был очень известным учителем. Он побуждал сотни своих учеников получать образование во множестве областей. От санскрита до химии, он посвятил свою жизнь богословию, латинской и древнегреческой литературе и в то же время был известным писателем. В сочинённой им истории говорилось о том, какова жизнь людей во Флатландии в двух измерениях. И рассказывалось, как эти люди живут прикованными в собственных пещерах, то есть в мире своего разума, сгустившись в телесных ощущениях. В собственных границах, поскольку их сознание не было запрограммировано на восприятие третьего измерения, они не могли видеть треугольники, квадраты или круги. Народ Флатландии был запрограммирован жить на плоской поверхности и в итоге этих программ существования был обречён на жизнь, лишённую высоты (глубины). Более того, они не могли взглянуть на свой мир и сверху, потому что у их мира не было «верха». Эта книга была написана с целью критики эпохи королевы Виктории. И хотя толкование книги дошло до нас с таким объяснением, на самом деле в ней говорилось о людях, не способных осознать особенности своего сотворения. Книга рассказывает о жизни внутри пещеры, словно прикованной к стене нашего разума, на голубой планете, которая и есть наш мир.
Он издал свою книгу не под собственным именем, а как “Квадрат”. Она указывает на различия во взгляде между измерениями. Важны подробности о месте женщины в обществе. Разные точки зрения между измерениями мы можем понимать как различия парадигм. Он ясно выразил, насколько страстно мы привязаны к парадигме, в которой родились. Мы понимаем, что парадигму, в которой нам приходится жить после перемены, мы встречаем с ощущением страха и гнева. Это писатель, переворачивающий вверх дном всё, что знает человек, уверовавший в то, что живёт в 3-мерной вселенной. Во Флатландии нет высоты (глубины). То есть всё состоит из ширины и длины. Кроме того, в дополнение есть измерение времени. Иными словами, и они, точно так же, как мы, — существа, подвластные времени. Собственно, когда мы на совершенно ровном, белоснежном листе бумаги, оставив свои идеи в стороне, нарисуем собственную плоскую страну, мы, может быть, лучше поймём, о чём речь!
Познакомимся немного со странами нашего автора. В стране Точки нет измерений, число измерений равно нулю. Это страна точек. В стране Линии одно измерение. Это линейная страна прямых линий. В плоской стране два измерения. Это плоскостная страна квадратов, кругов, треугольников. В стране Пространства три измерения. Это страна кубов, призм, сфер.
Вы можете спросить, какое отношение эта книга имеет к нашей главной теме. Причина, по которой мы через произведение нашего автора подходим к существованию и устройству Флатландии, — сфера, странным образом вошедшая в его жизнь. Наш герой обращается к «Сфере» «Ваша светлость». Его светлость рассказывает этому двумерному существу о существовании третьего измерения и даже даёт его пережить. Он указывает на то, что если возможна трёхмерная вселенная, то могут быть возможны и четырёхмерные, и даже многомерные вселенные.
Предмет заботы автора — ограниченность человеческого разума, отношение человека к границам. «Если ограничение, в силу его физических свойств, заложено в природе существа, как это существо может преодолеть это ограничение? Как мы можем объяснить цвет тому, кто лишён зрения, музыку — тому, кто лишён слуха? Как человек может объяснить различные длины волн света или звука? Он может обрести опыт осязания. Механизм разума может обладать пониманием, опирающимся на интеллект… «Но это никогда нельзя сравнить с тем уровнем понимания, который породит хотя бы на несколько секунд увиденный сад или услышанная симфония Бетховена». Так выражается Айзек Азимов в своём тексте под названием «Ограничения», написанном для «Флатландии». Итог, к сожалению, совсем не таков, как ожидалось! Наш герой, вместо того чтобы преодолеть (свои) границы и прожить истину, выбирает прогулки и развлечения между измерениями.
Где, по-вашему, находится Флатландия? Можем ли мы понять, что это значит, в сформированной пещере разума? С теми знаниями, что огонь отбрасывает на стену пещеры нашего разума, полной предрассудков и ограниченной страхами?
Люди нашей страны больше не интересуются тонкими вещами. Они стали бояться задумываться даже над самыми основными вопросами и даже подвергать сомнению основные понятия. Они пытаются скрыть свои страхи под одеждой гнева. Мы потеряли разум, мы выбрали лишь греться повиновением в уголках веры.
Неужели у нас совсем нет времени остановиться и подумать, задаться вопросами…
«Что с нами ещё будет?»
Ключевые слова: Гирне-Американский университет Турецкий язык и литература Эдвин Эбботт
Перевод с турецкого оригинала.